| В брачных отношениях господствовала внутрисельская эндогамия, т.е. браки преимущественно заключались между односельчанами, редки были браки с представителями других сельских обществ. Браки между родственниками были предпочтительными, но не обязательными. Существовала поговорка: «Жалин вилва тухумрая бува, душ архссаннан булла» («Невесту бери из своего тухума, дочку выдавай далеко», т.е. не за родственника). Обычной формой заключения брака был брак по сговору. При этом во внимание принималось следующие условия: «тухумран тухум лаххаву» - соответствие тухумов друг-другу, «кьинилун кьини лаххаву» - имущественное соответствие семей жениха и невесты, «бак1ран бак1 лаххаву» - соответствие их по внешнему виду, «хъуслин хъус лаххаву» - имущественное соответствие друг другу брачующихся семей, «оьрч1 ва душ цаннан ца ччан шаву» - взаимная склонность друг к другу юноши и девушки. Это последнее условия было второстепенным, его могли и в некоторых случаях проигнорировать, если были на лицо все предшествующие ему признаки. Рассказывают о случае, имевшем место в селении в давнее время, когда юноша из бедной семьи полюбил девушку из состоятельной семьи, но ее родители не хотели видеть его своим зятем, и он решил ее похитить. Этому воспрепятствовали родственники девушки, которые узнали о готовящемся похищении. После этого с согласия родных ее сосватал богатый юноша, хотя сама девушка не хотела этого брака. По-видимому, в прошлом бытовали и случаи удачных похищений с согласия самой девушки или против ее воли. Встречались левиратные и сороратные формы брака. Левират предполагает женитьбу на вдове брата. Это случалось чаще всего тогда, когда у умершего оставались дети и дядя мог заменить им отца. В семье мужа оставалось в этом случае и имущество вдовы. Свадьбу в таких случаях не справляли, ограничиваясь мусульманским обрядом бракосочетания. Сорорат - это форма брака, когда вдовец женится на сестре своей умершей жены. Бытование таких браков объяснялось тем, что считалось, что такая жена будет хорошо относится к пасынкам, одновременно и племянникам. Встречались и обменные браки - «баххана ташу», суть которых заключалась в том, что две семьи роднились двойным браком - сестру жениха брали за брата невесты, т.е. семьи как бы обменивались девушками. Считалось, что такие браки укрепляют родственные отношения между двумя семьями, но они были чреваты неприятностями: если одна из пар распадалась, начинались осложнения и в другой. По дагестанским адатам, в случае сговора новорожденных или детей вообще «отец мальчика дает в виде залога какую-нибудь вещь родителям девочки и малолетние уже считаются с этого времени женихом и невестою. После сватовства жениху дозволяется делать невесте подарки..., которые по заключении брака или в случае отказа со стороны жениха становятся ее собственностью. В случае же отказа со стороны невесты подарки должны быть возвращены ему вдвое». Имели место и обручения малолетних мальчиков со взрослыми девушками, если при старых родителях в доме нужна была работница. Мог заключаться временный или промежуточный брак. Это бывало в тех случаях, когда разведенные по шариату супруги хотели вновь заключить между собой брак. По рассказам информаторов для этого надо было, чтобы разведенная женщина вышла замуж за другого и, прожив с ним три месяца, развелась, только после этого она могла, по шариату, заключить «магьар» с первым мужем. Другой причиной наличия в селе множества разведенных мужчин и женщин, вступавших затем в повторные браки, информаторы считают отходничество. Часто отходники по нескольку лет жили на чужбине и случалось, что они, имея в селении семью, женились на местных женщинах по месту временного проживания. Кроме того, приезжая домой, отходники, привыкшие к самостоятельной жизни и отвыкшие от своих супруг, даже из-за небольших размолвок разводились с ними и женились на других. Хотя, как правило, браки заключались после исполнения 15-16 лет девушке и 16-18 лет юноше, девушку готовили к замужеству гораздо раньше. Недаром поговорка гласит: «Дургьу хъунищал душру бияйссара» - «Девушки взрослеют вместе со всходами на пашне». Выбрав подходящую для сына невесту, родители предварительно через ее родственниц выясняли отношение ее близких к браку со своим сыном. В положительном случае родители молодых людей договаривались между собой, не оповещая никого, до достижения определенных результатов, и только после сговора родителей о предстоящей свадьбе узнавали все. Когда молодому человеку исполнится 15-16 лет, родители стараются, если состояние их позволяет, немедленно женить своего сына. Сначала ищут для него соответствующую невесту и стараются для него найти ее между родственницами своими. Главным образом в невесте ценят ее происхождение и способность ее к работе и хозяйству... Прежде всего родители жениха посылают к родителям невесты какого-нибудь почетного человека или старуху просить руки их дочери. Посланный старается первым делом описать достоинства жениха, доброту его родителей и упоминает об их происхождении. Последнее строго соблюдается у горцев... Заявивши о происхождении, сват или сваха объясняют, что такие-то родители просят вашу дочь для своего сына по божьему закону. Родители невесты стараются не уронить своего достоинства и никогда не изъявляют сразу своего согласия, а скажут непременно, что они спросят ее, хочет ли она замуж или нет, что они наконец подумают, посоветуются и пр. Таким образом, сват ходит несколько недель за ответом, наконец, получивши окончательное согласие от родителей девушки, жених посылает невесте на шальвары шелковый материал (преимущественно красного цвета), а часто с материей посылает и кольцо, серебряное или золотое. В назначенное время в доме невесты собирается несколько человек из ближайших родственников той и другой стороны и человека два-три из посторонних почетных людей, а иногда и кадий, и не прежде, как подадут хлеб на ужин, объявляется настоящая цель приглашения, причем показывают от жениха материю на шальвары и кольцо». После сговора совершается официальный обряд обручения - «аьш лаххаву»: самые близкие жениху и его семье женщины посещали дом невесты с подарками - серебряными браслетами, дорогими головными платками, отрезами шелковых тканей. С ними бывали и продукты питания: сыр, сахар, конфеты. Пришедших хорошо угощали в присутствии собравшейся к невесте ее женской родни. Вручая предназначенные невесте подарки, женщины - родственницы жениха выражали ей свои пожелания в следующей форме: «Ласнаяр бухсса хьуннав, къатлуяр ххусса хьуннав, арсру, душру буллай ща лихханнин битаннав» - «Чтобы была слабее мужа (т.ею послушной), сильнее дома (т.е. хорошая работница), рожая сыновей и дочерей, дожила бы до стирания черты (т.е. старости)». После этого и до самой свадьбы жених каждую ночь посещал свою невесту - этого требовал обычай. Первый раз по официальному приглашению стороны невесты с ним вместе в дом невесты приходили его отец, дядя по отцу, будущий опекун на свадьбе - «аьрх1алчу». Опекуном обычно становился дядя по отцу, или зять семьи, или кто-то из отцовских родственников жениха. Пришедших хорошо угощали и, когда они уходили домой, каждому из них в шелковый головной платок небольшого размера заворачивали лепешку хлеба, залитую смесью толокна с маслом, и вареные яйца. Они же, уходя, в свою очередь одаривали невесту пятирублевыми, однорублевыми серебряными монетами, кто победнее - пятнадцати-, пятидесятикопеечными монетами. Этот обряд назывался «гьалмагъай уч1ай аву». После этого обрядового посещения жених каждую ночь после двенадцати часов приходил к невесте, пролезая в ее комнату через окно, чтобы не видели ее родители, хотя это была чисто декоративная мера предосторожности, так как исполнялся давний обычай, о котором все знали. Жених и невеста разговаривали, привыкали друг к другу, могли даже лежать в одной постели, но не вступали в интимные отношения. Девушка должна была сохранить свою чистоту до свадьбы, но бывали случаи, когда с обоюдного согласия это табу нарушалось. За это нарушение ответственность нес жених.
|